ВАШИНГТОН – Инфляция вернулась быстрее, подскочила выше и оказалась сильнее и упорней, чем изначально считали возможным крупнейшие центробанки. В начале эта проблема доминировала в новостях США, но затем попала в центр политических дискуссий во многих других развитых странах. В 15 из 34 стран, которые классифицируются как развитые в докладе Международного валютного фонда «Перспективы мировой экономики», инфляция за 12 месяцев (к декабрю 2021 года) превысила 5%. Столь внезапный и массовый переход к высокой (по современным стандартам) инфляции не наблюдался уже более 20 лет.  

Современная монетарная теория (СМТ) выглядит как новый подход к экономической политике, и сейчас стала острой темой для дискуссий. Эта теория получила поддержку ведущих политиков-прогрессистов Америки, в числе которых кандидат в президенты Берни Сандерс и конгрессмен от Демократической партии Александрия Окасио-Кортес. Но энтузиастам СМТ стоит прислушаться к урокам, которым нас учат страны Латинской Америки, где основанная на схожих идеях политика неизбежно заканчивалась экономической катастрофой. Сторонники СМТ считают, что Федеральный резерв США должен напечатать много денег для финансирования государственных инфраструктурных проектов, а также программы «гарантированных рабочих мест», которая призвана обеспечить полную занятость.

АЛЕКСАНДРИЯ (ВИРДЖИНИЯ, США) – В недавней статье, опубликованной Project Syndicate, Джеймс Гэлбрейт из Техасского университета в Остине защищает Современную монетарную теорию (СМТ) и исправляет некоторые недоразумения, касающиеся связей между СМТ, дефицитом федерального бюджета и независимостью центрального банка. Однако Гэлбрейт не пишет о том, что, наверное, является важнейших вопросом из всех: о политических условиях, необходимых для эффективного воплощения данной теории в жизнь. Большой интерес, который сейчас стала вызывать теория СМТ, объясняется тем фактом, что дефляция, а не инфляция, превратилась в главную проблему центральных банков. Для страны с высоким уровнем долга и большим дефицитом бюджета, например, для США, дефляция представляет собой особенно серьёзную угрозу, потому что она приводит к отложенному потреблению и росту беспокойства у должников.

Вечером 8 ноября в 20.15 правительство индийского премьер-министра Нарендры Моди объявило, что ровно в полночь все банкноты номиналом 500 и 1000 рупий выводятся из обращения: их придётся обменять на новые банкноты номиналом 500 и 2000 рупий.

В апреле прошлого года Международный валютный фонд прогнозировал, что мировая экономика в 2015 году вырастет на 3,5%. В последующие месяцы этот прогноз неуклонно падал, дойдя до 3,1% в октябре. Но МВФ продолжает настаивать – как уже было, с практически банальной предсказуемостью, на протяжении последних семи лет – что следующий год будет лучше. Но это, почти наверняка, снова ошибочно.

Почему заявления глав центральных банков ведущих экономических держав вызывают столь непомерно большое внимание в наши дни? Они ведь не объявляют каждый раз об изменении учетной ставки. У них нет какой-то новой, более надежной модели для анализа состояния экономики. Напротив, в последние годы (после кризиса) прогнозы крупнейших центральных банков относительно темпов роста ВВП и инфляции постоянно оказывались завышенными, причем существенно.

Как следует понимать разрыв между новыми максимумами достигнутыми глобальными фондовыми индексами и новыми минимумами реальных процентных ставок по всему миру? Несколько конкурирующих объяснений пытаются примирить эти тенденции, но для того, что заняться калибровкой денежной и фискальной политики соответствующим образом, нужно быть полностью уверенными в наших ответах.

Традиция назначать главой Международного валютного фонда (МВФ) европейца, а Всемирного банка (ВБ) – американца – на пути к исчезновению. Во всяком случае таково пожелание второго лица в МВФ, американца Дэвида Липтона.

Представители Ватикана и США в среду подписали первое межправительственное соглашение в истории своих отношений, оно касается противодействия уклонению от уплаты налогов и отражает политику папы Франциска, направленную на повышение прозрачности финансовых операций католической церкви.

Может ли слишком большой долг поставить под угрозу перспективы роста страны? В 2010 г. Кармен Рейнгарт и Кенис Рогофф из Гарвардского университета заявили, что страны испытывают резкое замедление, когда соотношение госдолга к ВВП достигает 90%. Не все согласились с этой точкой зрения. В 2013 г. ошибки в таблицах экономистов заметили ученые из Университета штата Массачусетс, пишет британский журнал The Economist.