Резкие скачки в ценах на нефть дестабилизируют экономики и финансовые рынки по всему миру. Когда цена на нефть сократилась в два раза в прошлом году — от $110 до $55 за баррель, причина была очевидной: решение Саудовской Аравии увеличить свою долю на мировом нефтяном рынке за счет расширения производства.

Организация Объединенных Наций отметит 70-летний юбилей, когда в сентябре мировые лидеры соберутся в её штаб-квартире в Нью-Йорке. Будет много пафоса, но он неадекватно отразит ценность ООН – ведь это не только самое важное политическое изобретение XX столетия, но и самая выгодная организация на планете. Для того чтобы ООН продолжала выполнять свою уникальную и жизненно важную глобальную роль в XXI веке, её необходимо модернизировать по трем ключевым направлениям.

Лидеры еврозоны на саммите 12 июля продиктовали условия капитуляции греческому премьер-министру Алексису Ципрасу, который, испугавшись возможных альтернатив, с ними полностью согласился. Одно из этих условий касается продажи остающихся в госсобственности Греции активов.

Когда речь заходит о финансировании развития, налоги являются, пожалуй, наиболее важной частью головоломки. Но система налогообложения глобальной прибыли не работает – и это усугубляет неравенство как внутри, так и между странами. Если мир хочет добиться прогресса в достижении цели искоренения нищеты и остановить рост неравенства, система должна быть реформирована.

Задача повышения доходов семей среднего класса стала важным направлением президентской избирательной кампании в Соединенных Штатах. Все согласны с тем, что доходы высших классов населения в последние десятилетия выросли, учитывая, что этому способствовали преимущества тех, кто имеет высшее техническое образование, и повышения цен на акции.

За последние несколько лет биотопливо стало яблоком раздора. Для некоторых, возобновляемые источники энергии, производимые из органического вещества, являются волшебной палочкой в борьбе с изменением климата. Но другие видят биотопливо, как реальную угрозу, потому что растения, используемые для его создания, претендуют на сельскохозяйственные земли и воды, которые могли бы быть использованы для выращивания продуктов питания.

В своей книге «Повелители финансов: Банкиры, перевернувшие мир», получившей Пулитцеровскую премию, экономист Лиакват Ахамед рассказывает историю, как четыре руководителя центральных банков, стараясь быть верными политике «золотого стандарта», «перевернули мир» и вызвали Великую депрессию.

Греческие банки вновь открылись, а правительство начало выплачивать по графику долги Европейскому центральному банку и Международному валютному фонду. Означает ли это, что история с чуть не погибнувшей Грецией стала сигналом завершения кризиса евро? Общепринятый ответ – конечно, нет.

Греция и ее кредиторы приняли соглашение, которое обеспечит финансовую поддержку в обмен на широкомасштабные реформы. Хотя оговорок по соглашению предостаточно, политические условия не позволяют принять лучшее соглашение. Однако оно может – и должно – служить основой для сохранения Греции и всей еврозоны.

Греческий кризис – это трагедия для страны и угроза для мировой экономики. Германия требует, чтобы Греция продолжала выплачивать долги в полном объеме, несмотря на то, что у Греции совершенно очевидно нет денег, а Международный валютный фонд говорит о необходимости снижения долгового бремени. Столкновение реальности (неплатежеспособность Греции) с политикой (требования Германии) не могло не привести к катастрофе. Так и произошло: на этой неделе греческая банковская система рухнула.

Греческая катастрофа требует мирового внимания по двум причинам. Во-первых, горько наблюдать, как экономика страны рушится прямо у нас на глазах – с очередями за хлебом и в банки, невиданными со времен Великой депрессии. Во-вторых, потрясает неспособность бесчисленных руководителей и учреждений – политиков разных стран, Европейской комиссии, Международного валютного фонда, Европейского центрального банка – остановить медленное, длящееся уже много лет скатывание этого поезда с рельс.

Перспектива завершения уже в этом году политики нулевых учетных ставок Федеральной резервной системой США вызывает растущий страх из-за угрозы возобновления резких колебаний на рынках валют, облигаций и акций развивающихся стран. Эта озабоченность понятна. Когда ФРС в 2013 году дала понять, что конец политики количественного смягчения (QE) близок, последовавшая «истерика» вызвала волны шока, прокатившиеся по финансовым рынкам и экономике многих развивающихся стран.

В определенном и важном смысле слова, в экономике США сейчас полная занятость. Относительно узкий рынок труда вызывает повышение зарплат ускоренными темпами, поскольку наниматели вынуждены платить больше, чтобы привлечь и удержать сотрудников. Это приводит к важным последствиям для тех, кто задает тон в политике – и не только Федеральной резервной системы.

За последние два десятилетия инфляционное таргетирование стало преобладающей основой денежно-кредитной политики. Оно фактически (хотя и не в открытую) было принято крупнейшими центральными банками, в том числе Федеральным резервным банком США, Европейским центральным банком и Национальным банком Швейцарии. Но глобальный экономический кризис 2008 года, от которого мир до сих пор еще не оправился, заставил серьезно усомниться в этом подходе.

Насколько должны правительства регулировать или взимать налоги за зависимости? Этот вопрос уже давно присутствует в общественной дискуссии об алкоголе, табаке, азартных играх и других товарах и услугах во многих странах по всему миру. Однако теперь, в Соединенных Штатах — пожалуй матери глобальной потребительской культуры — дебаты повернулись к борьбе против эпидемии детского ожирения.

В настоящее время, с мировой экономикой, претерпевающей фундаментальные преобразования, рабочие со всего мира попадают под существенное давление. В частности, в развитых странах социальные политики должны приспособиться к тому, чтобы обеспечить поддержку, в которой нуждаются группы с низкими доходами, в то же время поощряя рост и продвижение благополучия.

В своей первой инаугурационной речи, произнесенной в разгар «Великой депрессии», президент США Франклин Делано Рузвельт сказал американцам знаменитые слова: «Единственное, чего нам следует бояться, это страха». Напомнив о библейской «Книге Исхода», он добавил: «Мы не стали жертвой какого-нибудь нашествия саранчи». Не было материальных причин депрессии; в марте 1933 года проблема была в головах людей.

Когда британский премьер-министр Дэвид Кэмерон попросил меня возглавить комиссию по проблемам устойчивости вирусов к противомикробным препаратам, последнее, чего я ожидал, согласившись на эту должность, что мне в итоге придется усомниться в пользе одного из самых популярных инструментов в управлении корпоративными финансами – обратного выкупа акций.

Низкий уровень инфляции в Соединенных Штатах стал головоломкой, особенно для экономистов, которые сосредотачиваются на отношениях между инфляцией и изменениями в объёме денежной базы. Ведь в прошлом увеличения и уменьшения в скорости роста денежной базы (распространённая валюта плюс резервы коммерческих банков, находившиеся в центральном банке) производили, или по крайней мере сопровождались, увеличением и падением уровня инфляции.

Более четырех лет прошло с тех пор, как подавляющее большинство участников Международного валютного фонда согласовали пакет реформ, позволяющих удвоить ресурсы этой организации и преобразовать структуру ее управления в пользу развивающихся стран. Однако вступление в силу этих реформ требует одобрения странами-членами МВФ.