По итогам майского заседания банк Англии улучшил прогнозы для экономики Великобритании и теперь полагает, что страна сумеет избежать рецессии. Регулятор ожидает, что экономика страны в 2023 г. зафиксирует рост на 0,25%, тогда как в феврале ожидалось снижение на 0,5%. В 2024 г. ожидается рост на 0,75% (ранее прогнозировалось снижение на 0,25%).

Согласно прогнозам ВБ, в 2023 г. мировая экономика вырастет на 1,7%, а в 2024 году – на 2,7%. Ожидается, что резкое снижение темпов экономического роста будет повсеместным: пересмотр прогнозa 2023 г. в сторону понижения затронул 95% развитых экономик и почти 70% стран с формирующимся рынком и развивающихся экономик.

В III квартале 2019 г. ВВП Гонконга обрушился максимальными темпами с 2009 г., на 3,2% в квартальном измерении, в экономике региона началась рецессия. Во II квартале экономика Гонконга упала на 0,4% по сравнению с январем-мартом. В годовом выражении в III квартале экономика снизилась на 2,9% после подъема на 0,5% в предыдущем квартале. Темпы экономического спада превзошли все прогнозы экспертов. В городе пять месяцев продолжаются массовые протесты, которые привели к спаду доверия инвесторов к региону, сокращению розничных продаж и туризма. Теперь эксперты обсуждают, как долго продолжится экономический спад.

В странах с формирующимся рынком и развивающихся экономиках региона Европы и Центральной Азии ожидается спад на 4,4%, и это самая глубокая рецессия со времен мирового финансового кризиса 2008 г., отмечает Всемирный банк в октябрьском Докладе об экономике региона. На следующий год эксперты ВБ делают осторожные прогнозы о росте в пределах 1,1-3,3%, но уточняют, что он может быть скорректирован в сторону понижения, в зависимости от продолжительности пандемии.

НЬЮ-ХЕЙВЕН – После мирового финансового кризиса 2008 года Китай возглавил процесс восстановления глобальной экономики, и сегодня он играет точно такую же роль. Отскок экономики Китая после Covid-19 набирает обороты, в то время как развитый мир продолжает пошатываться. К сожалению, многим будет трудно проглотить эту горькую пилюлю – особенно в США, где демонизация Китая достигла эпических масштабов.   Конечно, эти два кризиса различаются. Эпицентром кризиса 2008 года стал Уолл-стрит, а пандемия Covid-19 началась на «мокром» продуктовом рынке в городе Ухань. Но в обоих случаях антикризисная стратегия Китая оказалась намного эффективней стратегии США.

Международный валютный фонд улучшил прогноз по темпам роста мирового ВВП в 2023 г. до 2,9%, что на 0,2 процентных пункта больше, чем ожидалось в октябре прошлого года. Об этом говорится в опубликованном МВФ обновлении к докладу о перспективах развития мировой экономики.

НЬЮ-ХЕЙВЕН – В пандемию события разворачиваются быстрее скорости света. Это касается как количества заражённых Covid-19, так и беспрецедентных научных усилий, предпринимаемых сейчас для открытия вакцины. И это касается трансформационных процессов в экономике пострадавших от пандемии стран. Всего за два месяца вызванная карантином рецессия привела к практически полной остановке мировой экономической активности, а надежды на V-образное восстановление опираются на идею столь же быстрого открытия закрывшейся экономики.Но это может оказаться не так уж просто. Внезапная остановка, которая долгое время ассоциировалась с бегством капитала из развивающихся стран, часто обнажает глубокие структурные проблемы, способные помешать восстановлению экономики. Кроме того, снятие маски с давно нараставших дисбалансов может спровоцировать резкие изменения в ценах на активы.

НЬЮ-ХЕЙВЕН – Лишь сейчас, после появления полной статистики за 2019 год, мы начинаем осознавать опасность, которой едва удалось избежать мировой экономике в минувшем году. Согласно последним данным Международного валютного фонда, в пошлом году мировой ВВП вырос всего на 2,9%. Это самый слабый показатель с 2009 года, когда глобальная экономика сжималась на пике мирового финансового кризиса, и это значительно ниже усреднённых темпов роста в период посткризисного восстановления в 2010-2018 годах – 3,8%. На первый взгляд, темпы мирового роста на уровне 2,9% не выглядят столь уж низкими. Но вывод будет иным, если посмотреть на данные за последние 40 лет.

НЬЮ-ЙОРК – Над состоявшимся в октябре ежегодным собранием Международного валютного фонда висела туча уныния. На фоне синхронного замедления темпов роста в мировой экономике целый ряд внезапных событий (так называемые «хвостовые риски») может вызвать откровенную рецессию. В частности, инвесторы и экономические власти должны тревожиться по поводу возобновившейся эскалации китайско-американской торговой и технологической войны. Во всём мире могут почувствовать последствия военного конфликт между США и Ираном. То же самое можно сказать и о «жёстком» выходе из ЕС Великобритании, а также о конфликте МВФ с будущим перонистским правительством Аргентины.

НЬЮ-ХЕЙВЕН – Бедный Джером Пауэлл. Инфляция в США приблизилась к максимальному уровню за 40 лет, и председатель ФРС знает, чему ему надо делать. Он выражает большое восхищение Полом Волкером, руководителем ФРС в 1980-е годы, считая его своей ролевой моделью. Но (перефразируя знаменитую колкость сенатора Ллойда Бенстена, сказанную им в 1988 году в адрес соперника за пост вице-президента, сенатора Дэна Куэйла) я знал Пола Волкера очень хорошо, и Пауэлл – никакой не Пол Волкер.

Мировому ВВП предсказали рост на 1,8% в следующем квартале. Этот прогноз экспертов основан на устойчивом ускорении экономического роста и пике инфляции в предыдущие три месяца.   Данные за предыдущий квартал обнадежили политиков и инвесторов, обеспокоенных рисками падения спроса и роста цен, а также распространением нового «дельта»-варианта COVID. Сейчас ожидается, что темп увеличения потребительских цен замедлится, так как инфляция в США, достигнув пика, начала снижаться.

Международный валютный фонд прогнозирует в опубликованном октябрьском обзоре МВФ «Перспективы развития мировой экономики» (World Economic Outlook), что рост внутреннего валового продукта Молдовы в текущем году составит 3,5%, а в 2020 г. возрастет до 3,8% и сохранится на этом уровне до 2024 г. Согласно оценкам аналитиков МВФ, среднегодовая инфляция в Молдове в этом году составит 4,9%, в 2020 г. – 5,7%, а в 2024 г – 5%. В то же время, инфляция на конец этого года ожидается на уровне 7,5%, а на конец 2020 г. — 5%. Ранее и глава Миссии Международного валютного фонда Рубен Атоян отмечал, что, по оценкам МВФ, рост ВВП Молдовы в 2019 г. составит около 3,5%, и инфляция — примерно 7,5%.

ВАШИНГТОН – Инфляция вернулась быстрее, подскочила выше и оказалась сильнее и упорней, чем изначально считали возможным крупнейшие центробанки. В начале эта проблема доминировала в новостях США, но затем попала в центр политических дискуссий во многих других развитых странах. В 15 из 34 стран, которые классифицируются как развитые в докладе Международного валютного фонда «Перспективы мировой экономики», инфляция за 12 месяцев (к декабрю 2021 года) превысила 5%. Столь внезапный и массовый переход к высокой (по современным стандартам) инфляции не наблюдался уже более 20 лет.  

ЛОНДОН – Уолл-стрит берёт исторические высоты, а экономика США явно установит в июне новый рекорд, и поэтому кажется, что уныние, охватившее финансовые рынки в конце прошлого года, было в какой-то прошлой жизни. Страхи, что наступит рецессия, оказались полностью опровергнуты, а инвесторы, разделявшие мнение о том, что рынки всего лишь подверглись приступу иррациональной паники, наслаждаются самым сильным стартом года со времён 1998-го. Американские горки на рынке легко объяснить – по крайней мере, задним числом. В прошлом году инвесторы вполне оправданно были встревожены из-за четырёх угроз: излишне резкое монетарное ужесточение в США; эскалация американо-китайского торгового конфликта;

НЬЮ-ЙОРК – Наблюдая за борьбой государств, компаний и домохозяйств мира с экономическими последствиями пандемии Covid-19, многие рыночные эксперты начали бить тревогу по поводу быстрорастущего уровня задолженности во всём мире. Для тревог есть веская причина: ускоряя многолетнюю тенденцию, соотношение долга к ВВП у этих трёх категорий заёмщиков в этом году может увеличиться на 14% – до рекордных 265%. Но хотя это повышает риск неплатёжеспособности и дефолтов (особенно у корпораций), агентство S&P Global Ratings считает долговой кризис в ближайшей перспективе маловероятным.

НЬЮ-ЙОРК – Финансовые рынки подвержены маниакально-депрессивным циклам, особенно в последние годы. В периоды всплеска интереса к рискованным активам инвесторы, движимые «животными инстинктами», создают бычий тренд на рынке, цены пенятся, а иногда возникают откровенные пузыри. Но со временем они излишне нервно реагируют на негативные шоки, становятся слишком пессимистичными и избавляются от рискованных активов, дав старт коррекции или «медвежьему» тренду на рынке. В течение 2017 года котировки акций в США и в мире быстро росли, однако в 2018 году они начали пошатываться, а в последнем квартале минувшего года перешли в полностью депрессивное состояние.

От респектабельных инвесторов не ожидаешь услышать: «На этот раз все будет иначе». Но учитывая резкие рыночные колебания в последние месяцы, им следовало бы внимательно присмотреться к тому, что сейчас действительно иначе по сравнению с предыдущим разом, когда происходила смена бизнес-цикла. Этим предыдущим разом, разумеется, был мировой финансовый кризис 2008 года. В отличие от той ситуации, сегодня базовые экономические показатели остаются сильными, а это позволяет предположить, что надвигающаяся рецессия может прийти и уйти даже раньше, чем мы успеем ее измерить. Впрочем, это ничем не поможет инвесторам, пытающимся оценить потенциальные риски и премии в наступающем цикле, который, по всей видимости, будет определяться непредсказуемыми изменениями в объемах ликвидности, в политике и в технологиях.

ЧИКАГО – Экономика стран Запада постепенно восстанавливается после кризиса Covid-19, и теперь перед банками и правительствами возникла новая проблема: как поступить с корпоративными «ходячими мертвецами». Возможным решением этой проблемы могла бы стать инновационная схема, в которой центральную роль играют работники.   И в США, и в Евросоюзе количество корпоративных банкротств снизилось за 15 месяцев пандемии, хотя она сопровождалась жёсткой рецессией. Это снижение стало результатом действий правительств богатых стран, которые руководствовались совершенно понятным желанием смягчить удар пандемии по экономике: они предоставили компаниям все возможные меры поддержки и защиты. Однако зачастую они делали это, совершенно не пытаясь отделить компании с хорошими экономическими перспективами от тех, у которых никаких перспектив нет.

САН-ФРАНЦИСКО – Одна из наиболее поразительных особенностей пандемии Covid-19 – это неравенство её последствий. Многие люди остаются совершенно здоровыми, в том время как другие серьёзно или даже фатально заболевают. Столь же неравномерны и экономические последствия пандемии: одни домохозяйства сумели избежать каких-либо финансовых трудностей, а другие еле-еле выживают или просто уничтожены.Все эти различия очень важны, когда мы задумываемся над восстановлением экономики после пандемии. На долю потребительских расходов приходится примерно две трети экономической деятельности, но они представляют собой мозаику, а не монолит.

ЦЮРИХ – Европейский центральный банк недавно объявил о завершении программы количественного смягчения (QE), поэтому сейчас подходящее время поразмышлять о её последствиях. Три вывода кажутся очевидными: осуществлявшаяся ЕЦБ покупка активов принесла важную макроэкономическую пользу; политические издержки QE оказались намного выше, чем кто-либо мог ожидать; весь этот эпизод стал настоящим кошмаром для Бундесбанка. Снизив стоимость банковских кредитов благодаря QR, ЕЦБ стимулировал кредитование небольших компаний и домохозяйств во всей еврозоне. Это придало важный толчок росту экономики, что в свою очередь привело к заметному спаду безработицы и повышающему давлению на размеры зарплат.