Вопрос о том, как покончить с крайней нищетой и улучшить благосостояние людей, приобретет новую актуальность в 2015 году, когда завершатся Цели развития тысячелетия (ЦРТ) и новый пакет задач, предложенный Целями устойчивого развития (ЦУР). Основные элементы повестки дня после 2015 года изложены Генеральным секретарем Организации Объединенных Наций Пан Ги Муном в “Сводном Отчете”, в котором также содержится руководство относительно того, как должно выглядеть устойчивое развитие и что должны сделать мировые лидеры в течение ближайших 15 лет, чтобы его достичь. После того как два года разрабатывалось “что” устойчивого развития, предстоящий год должен сосредоточиться на том, как это сделать. Главная амбиция достаточно смелая: искоренение крайней нищеты к 2030 году. Для того чтобы это произошло, ЦУР нужно будет отойти от модели развития XX века, в которой богатые страны давали деньги бедным странам, в основном чтобы прокормить голодных и на улучшение здоровья и образования. ЦРТ были очень успешными в некоторых из этих областей, но с тех пор картина существенно изменилась. Новые страны с развивающейся экономикой – включая Китай, Индию, Бразилию и Южную Африку – стремятся к модернизации. Частный сектор берет на себя все большую роль в экономическом развитии, а завоеваниям последних десятилетий угрожает ухудшение окружающей среды. ЦУР придется пересмотреть представление о планете, основательно разделенной между теми, кто дает помощь, и теми, кто ее получает. Новые цели должны учитывать происходящую в мире стремительную глобализацию, в которой все страны имеют как средства, так и потребности. Сегодняшние вызовы выходят за рамки здравоохранения, продовольствия и образования. ЦУР придется интегрировать эти проблемы с требованиями растущего среднего класса на мировом уровне, эффектами перехода политической и экономической власти и проблемами экологической устойчивости, включая изменение климата. Для достижения целей будут наиболее важны три составляющие: финансовый механизм, торговля и партнерство. Спустя сорок лет после обязательства богатых стран выделять 0,7% ВВП на помощь, их обещания выполнены меньше чем на половину. Хотя большинство стран с развивающейся экономикой больше не полагаются на помощь, она по-прежнему остается крайне важной для стран с низким уровнем дохода. Тем не менее, даже если были достигнуты цели помощи, переход к устойчивому развитию будет стоить гораздо больше того, что может покрыть помощь в одиночку. Мы должны искать новые источники финансирования, убедиться, что государственные расходы в соответствии с повесткой дня устойчивого развития нацелены на те области, где за деньги можно сделать самое лучшее. В большей части развивающегося мира инвестиции в устойчивое развитие осложняются тем, что налоговые поступления являются слишком низкими, чтобы заплатить за то, что необходимо. Не всегда дело в повышении налоговых ставок, чаще это вопрос сбора того, что должны компании и люди. Закрытие лазеек и наказание за уклонение от уплаты – два способа, гарантирующие сбор налогов. По оценкам ОЭСР, доллар, потраченный на помощь по улучшению сбора налогов, дает в среднем $350 прибыли. Общая поддержка инициатив G-8 сделала бы уклонение от уплаты налогов, которое опирается на налоговые убежища или отмывание денег, трудно скрываемым. Правительства не могут предоставить устойчивое будущее в одиночку, частный сектор также играет важную роль: в энергетике, сельском хозяйстве и городском развитии, в том числе транспортных и водных системах, которые могут стимулировать инновации и экономические возможности. При этом уровни частных финансов мешают международному государственному финансированию, и для направления этих программ частных фондов, чтобы они дошли до бедных и охраны окружающей среды, потребуются правильные политические стимулы, такие как цены на уголь, регулирующие определенность и разумное использование государственных средств. Торговля повышает внутреннее производство и приносит доход, который может помочь оплатить развитие. В последние 15 лет произошли важные прорывы в доступах на рынок: 80% экспорта развивающихся стран в развитые страны в настоящее время беспошлинно, в то время как средние тарифы в целом упали. Но снятие тарифных барьеров может стоить странам-экспортерам больше, чем приносят тарифы. Необходимо международное партнерство, которое поможет странам с низкими доходами повысить экологические и трудовые стандарты и интегрироваться в глобализированный рынок. ЦУР может придать политический импульс этим усилиям, которые затем могут быть реализованы Всемирной торговой организацией в декабре 2015 года. Осуществление устойчивого развития также потребует ускоренного внедрения и распространения технологий до 2030 года. Глобальное партнерство может стимулировать инвестиции в исследования и разработки, а также облегчить обмен информацией между учеными, деловыми людьми и политиками. Такие новые и творческие партнерские отношения могут добиться прогресса в сложных проблемах, которые правительства, гражданское общество и частный сектор не могут или не хотят решать в одиночку. Например, Альянс ГАВИ (ранее известный как Глобальный альянс по вакцинам и иммунизации) – сообщество, объединяющее международные организации, благотворительные общества правительств, компании и научно-исследовательские организации – с 2000 года уже иммунизировало 440 млн детей и помогло предотвратить более 6 млн смертей. Мы должны улучшить и расширить такие партнерства для других целей, таких как инфраструктура, сельское хозяйство и энергетика. В период по сентябрь 2015 года, когда главы государств соберутся на Генеральной Ассамблее ООН, у нас есть исторический шанс, чтобы направить мир на устойчивый путь искоренения нищеты и повышения общего благосостояния. Только такие высокие цели могут обеспечить прочную основу для светлого будущего. В ближайшие месяцы лидерам необходимо совместно работать над тем, чтобы направить мир на правильный путь для воплощения этой концепции. Маниш Бапна – управляющий директор Института мировых ресурсов. Китти ван дер Хейден – директор Европейского института мировых ресурсов. Copyright: Project Syndicate, 2015.