17
02 2020
103

Недостающее звено передовых экономик

АМСТЕРДАМ – С началом 2020 года, трудовая занятость в Европе и США находится на рекордно высоком уровне и продолжает расти. Потери рабочих мест из-за финансового кризиса 2008 года и последующей рецессии были практически полностью устранены. Но этого не скажешь исходя из общественного настроения во многих развитых странах. Тогда почему при таком количестве хороших экономических новостей, общественные настроения столь мрачные?


Новое исследование, проведенное Глобальным институтом McKinsey, уделяет пристальное внимание странам с развитой экономикой, чтобы определить каким образом за последние 20 лет изменилось отношение людей к работе, потребителям и вкладчикам. Есть много поводов для радости, включая новые возможности трудоустройства и более низкие цены на некоторые товары и услуги. Тем не менее, существует также как минимум три критических проблемы, которые негативно влияют на сотни миллионов людей в 22 странах ОЭСР и могут помочь объяснить несоответствие между совокупными экономическими данными и личным опытом.

Сначала рассмотрим хорошие новости. В первые два десятилетия XXI века возможности трудоустройства значительно расширились, при этом уровень занятости в 22 странах ОЭСР в среднем превысил 70%. Сегодня трудоустроено на 45 миллионов человек больше, чем в 2000 году, и 31 миллион из них – женщины. Неполная занятость, особенно добровольная неполная занятость, предлагающая более гибкую работу, расширилась как для мужчин, так и для женщин.

Более того, потребители извлекли выгоду из снижения стоимости дискреционных товаров и услуг, от коммуникаций до одежды и предметов мебели. Глобализация усилила конкуренцию и существенно снизила цены, настолько, что при прочих равных условиях, в среднем в десяти странах, человек может работать на шесть недель в год меньше, и при этом по-прежнему пользоваться тем же уровнем потребления, что и в 2000 году.

Среднее индивидуальное благосостояние также восстановилось после погружения в последствия кризиса 2008 года. А благодаря цифровому банкингу, робот-консультантам и другим финтех инновациям, вкладчики получают доступ к большему количеству возможностей и продуктов, включая многие из тех, что раньше были доступны лишь богатым.

Все же полная картина намного менее радужна. Рынки труда стали более поляризованными между высококвалифицированными и низкоквалифицированными работниками, а заработная плата для многих работников стагнировала. В то время как научная литература в большей степени сосредоточена на сокращении числа рабочих мест со средней квалификацией и средней заработной платой, наши исследования показывают, что больше всего пострадали люди с низким доходом. Рост занятости в этой группе действительно ускорился, но стагнация заработной платы усугубляется повышением стоимости жизни – особенно жилья – и изменениями в пенсионных планах, которые делают домохозяйства более подверженными экономическим колебаниям.

За исключением Японии и Южной Кореи, стоимость жилья за последние два десятилетия резко возросла в 18 странах, которые мы исследовали. Жилье является самой дорогой статьей расходов в бюджете домашних хозяйств, составляя в среднем около четверти расходов (более чем вдвое превышая среднюю долю расходов на питание). Более того, с 2000 года увеличение расходов на жилье составляет 37% от общей инфляции.

В совокупности с расходами на высшее образование и здравоохранение, которые являются особенно значительными в США, расходы домохозяйств в этих категориях поглощают значительную долю – до 87% во Франции и более 100% в Соединенном Королевстве – из доходов среднего домохозяйства в этих странах. В десяти странах, при прочих равных условиях, потребитель должен был бы работать в среднем на четыре недели в год больше, чтобы расходовать ту же сумму на жилье, здравоохранение и образование, что и в 2000 году.



Пенсии – еще одна причина, чтобы омрачить настроение. Поскольку мы живем дольше, нам нужно будет дольше копить на пенсии. Тем не менее, в 22 исследованных нами странах обязательные пенсии финансируют в среднем лишь десять из 20 запланированных пенсионных лет. Нетто коэффициент замещения, который государственные пенсии и бывшие работодатели платят за обязательные пенсии, за последние два десятилетия резко снизился.

Также имели место важные структурные изменения: пенсионные планы с фиксированными выплатами перешли на схемы с фиксированными взносами, перенеся тем самым рыночный риск на отдельных вкладчиков и возложив бремя на индивидуальные сбережения в то время, когда сбережения домохозяйств уже уменьшились. По состоянию на 2017 год, чуть более половины людей старше 15 лет не делали накоплений на старость, и около четверти не имели никаких сбережений.

Эти события отчасти являются результатом более широких тенденций в области автоматизации, глобализации и демографии. В странах с развитой экономикой, таких как Германия, Италия и Япония, численность населения трудоспособного возраста сокращается. Но также произошли значительные изменения в общественном договоре, который связывает людей и институты. Частным лицам и домашним хозяйствам все чаще приходится брать на себя большую ответственность за свои экономические результаты, поскольку другие институты по разным причинам прекратили свое существование.

Технический прогресс сделает следующие несколько десятилетий XXI века очень интересными. Нам необходимо будет обеспечить, чтобы результаты, достигнутые в первые два десятилетия, были устойчивыми и масштабировались, с тем чтобы мы могли в полной мере реализовать потенциал для еще больших возможностей и экономического процветания. Но мы также должны обеспечить, чтобы результаты для людей в следующем поколении были лучше и инклюзивней, чем в прошлом.

Свен Смит, старший партнер McKinsey & Company и сопредседатель Глобального института McKinsey. Ану Мадгавкар является партнером Глобального института McKinsey.

via | www.project-syndicate.org

0 comentarii

Doar utilizatorii înregistraţi şi autorizați au dreptul de a posta comentarii.