11
03 2020
243

Стресс-тест для систем здравоохранения

ЛОНДОН – 25 января гостем Королевского института международных отношений Chatham House и Джорджтаунского университета стал министр финансов США Стивен Мнучин; он принял участие в дискуссии о мире и американской экономической политике. Мнучин прибыл прямо с ежегодного Всемирного экономического форума в Давосе, однако тема, доминировавшая на этом форуме («капитализм стейкхолдеров»), уже отошла на второй план из-за других событий. Вспышка коронавируса (Covid-19) превратилась в огромную проблему для Китая, а вскоре начала грозить всему миру.

Будучи человеком, чья карьера включала, среди прочего, работу над изучением рисков инфекционных заболеваний, я был отчасти согласен с заявлениями Мнучина в Давосе, где он подчеркивал, что изменение климата – это не единственная политическая проблема, стоящая сегодня перед миром. (Но я, конечно, не поддерживаю его уничижительное отношение к шведскому климатическому активисту-подростку Грете Тунберг, которое он продемонстрировал на том же мероприятии).


Как говорилось в опубликованном в 2016 году официальном британском «Докладе об антимикробной резистентности» (я возглавлял комиссию, готовившую доклад), правительства стран мира должны в среднесрочной перспективе предпринять 29 ключевых мер, чтобы избежать смертельно опасных глобальных эпидемических кризисов, наносящих к тому же большой экономический урон. В частности, мы предупреждали, что, если не предпринять конкретных, целенаправленных действий, тогда к 2050 году из-за микробов, устойчивых к лекарствам, ежегодно будут погибать 10 миллионов человек, а совокупный ущерб мировому ВВП составит около $100 трлн.

И вот сегодня на нас обрушился кризис Covid-19. Готовой вакцины от этого вируса не существует, а системы здравоохранения стран мира в целом оказались не подготовлены и не оснащены для того, чтобы обуздать быстро распространяющуюся пандемию. Из дести широких направлений, которые были охвачены политическими рекомендациями доклада об антимикробной резистентности (АМР), по крайней мере, два являются ключевыми, с точки зрения борьбы с Covid-19. Первое – здоровье и гигиена. На сегодня каждый уже должен был услышать, что необходимо часто и тщательно мыть руки (полезный совет: нужно спеть целиком песню «Happy Birthday», пока вы это делаете). Но хотя мытьё рук и другие элементарные меры гигиены необходимы, их недостаточно, чтобы предотвратить распространение вирусных и бактериальных инфекций.

Кризис Covid-19 поднимает другой вопрос (и я уже давно говорю о его огромном значении): степень готовности систем здравоохранения. Международный валютный фонд в рамках своих ежегодных обзоров стран-членов, проводимых в соответствии со Статьей IV, должен оценивать потенциал и готовность национальных систем здравоохранения. К чести фонда следует отметить, что меня пригласили в его штаб-квартиру для обсуждения этой идеи. Но я подозреваю, что руководство МВФ выступит против, сославшись на то, что у их учреждения нет такого же большого опыта в анализе систем здравоохранения, который у него имеется, например, в сфере государственных финансов.

Однако отсутствие у МВФ аналитического опыта в сфере изменения климата не мешает ему выступать с политическими заявлениями на эту тему. Так и должно быть: как показывают рынки, нельзя провести различие между сферой финансов и всеобщими проблемами, такими как изменение климата и здравоохранение. Должно быть очевидно, что неспособность предотвратить распространение инфекционных заболеваний может и будет оказывать непосредственное влияние на макроэкономические условия.

Когда в конце января мы встречались с Мнучиным, Covid-19 было принято считать китайской проблемой, а многие комментаторы утверждали, что он может разрушить экономику и систему здравоохранения Китая. А что говорят данные сегодня? Судя по одному из регулярно публикуемых индикаторов (ежемесячные индексы деловой активности PMI), в феврале экономическая активность в Китае действительно рухнула. Ключевой индекс бизнес-активности в секторе услуг, публикуемый компанией Caixin, показывает снижение деловой уверенности на 50%. Эта цифра означает, что китайская экономика ослабла вдвое. Однако китайские власти намеренно приостановили работу значительной части экономики и ограничили передвижение людей, поэтому такой существенный временный спад не является сюрпризом. Вопрос теперь в том, сможет ли китайское руководство запустить всё обратно, как было.

Судя по интерактивной карте Университета Джонса Хопкинса, которая в реальном времени отслеживает случаи Covid-19, Китай, несмотря на свои серьёзные изначальные ошибки, кажется, поставил эту вспышку под контроль – по крайней мере, пока что. По официальным данным на 6 марта, за пределами провинции Хубэй (эпицентр эпидемии Covid-19), около 95% известных случаев заражения завершились выздоровлением, и лишь около 1200 человек продолжают лечиться. Печально, что около 110 китайцев за пределами провинции Хубэй умерли, однако этот показатель ниже, чем в Италии. Кроме того, как я слышал, китайские власти сейчас начали осторожно снимать ограничения на передвижение людей и позволяют экономике вернуться к некоему подобию нормальности, а это значит, что мартовские цифры покажут заметный всплеск активности.

А что же со всеми остальными? Итальянские цифры, связанные с Covid-19, вызывают тревогу: показатель смертности в этой стране оказался не просто намного выше, чем в Китае, но и радикально выше, чем в Южной Корее, хотя там зафиксировано почти столько же случаев заражения. В США фондовые рынки явно встревожены, и не только по традиционным циклическим причинам. Нарастают страхи, что эта эпидемия в полной мере продемонстрирует все недостатки и высокие издержки американской системы здравоохранения. Ситуация усугубляется тем, что на ранних этапах американские власти не приняли некоторые из наиболее элементарных мер для предотвращения распространения вируса.

Как гласит старый афоризм, нельзя позволять кризису пройти впустую. Огромное внимание, которое уделяется вирусу Covid-19, даёт возможность переосмыслить наши методы управления и подготовки к подобным кризисам. Можно надеяться, что мировые лидеры, особенно в странах «Большой двадцатки», осознают необходимость увеличения инвестиций в национальные системы здравоохранения для того, чтобы нынешние тревожные настроения не стали постоянной характеристикой нашей жизни. И решив заняться этим, они могут начать с починки разрушенной системы разработки новых антибиотиков, чтобы мы не перекладывали на будущие поколения людские и финансовые издержки кризиса АМР.

Джим О’Нил – бывший председатель Goldman Sachs Asset Management, бывший коммерческий секретарь министерства финансов Великобритании, сейчас председатель Chatham House.

via | www.project-syndicate.org

0 comentarii

Doar utilizatorii înregistraţi şi autorizați au dreptul de a posta comentarii.