Реакция Европы на стратегические вызовы, с которыми она столкнулась – российская агрессия в Украине, беженцы, спасающиеся от насилия на Ближнем Востоке, беспорядки в Северной Африке, – создает впечатление, что её лидеры просто не знают, что делать. И, по всей видимости, они действительно не знают. Этот факт необходимо признать, а не стыдливо прятать. Если упрощать, стагнация экономики Евросоюза предопределяет его реакцию на внешние факторы, которые сейчас на него давят. Внутренний кризис оставляет лидерам ЕС слишком мало пространства для манёвра. К счастью, у Европы есть инструменты, позволяющие справиться с этим кризисом, при условии, что она сможет проявить мудрость и политическую волю. Истоки проблем ЕС лежат в его реакции на мировой финансовый кризис 2008 года – крупномасштабные фискальные стимулы на протяжении двух лет. Они не помогли росту экономики, зато раздули госдолги. Семь лет спустя подушевой ВВП в Евросоюзе не стал выше, чем был в начале кризиса. Между тем, средний уровень госдолга подскочил до 87% ВВП, что почти не оставляет места для политической гибкости или инноваций. Оглядываясь назад, легко понять, что именно надо было делать. Греция, реализовавшая наиболее широкую программу фискальных стимулов, стала страной, чья экономика пострадала больше всех. Её депрессия продолжается, а между тем, такие страны, как Латвия, Литва и Эстония, которые сразу радикально адаптировали бюджет и либерализовали экономику, получили уверенный экономический рост. Более того, проблемы Греции осложнились медленными темпами принятия решений в Европе. Когда речь заходит об экономической политике, быстрые, пусть и несовершенные решения часто лучше бездействия. Вместо того чтобы быстро покончить с финансовым кризисом Греции, лидеры ЕС позволили этой проблеме препятствовать обсуждению других вопросов на протяжении пяти долгих лет. Тем временем, Греция продолжала колебаться, так и не приняв решительных мер, которые помогли бы ей восстановить доверие. Сфокусировав внимание на макроэкономике, Евросоюз пренебрёг теми мерами, которые помогли бы вернуть экономику на путь роста: либерализация рынков, сокращение расходов (вместо повышения налогов), а самое главное, дальнейшее развитие его самого важного актива – единого европейского рынка. Мало что изменилось с тех пор, как почти десять лет назад итальянские экономисты Альберто Алесина и Франческо Джиавацци отмечали, что «без серьёзных, глубоких и всесторонних реформ Европа неминуемо будет приходить в упадок и экономически, и политически». Они предупреждали, что «без глубоких перемен через 20 или 30 лет доля Европы (в мировом ВВП) станет существенно ниже, чем сегодня, и что, наверное, ещё важнее, её политическое влияние будет во многом подорвано». И действительно, в 2012 году Всемирный банк в докладе об экономическом росте в Европе суммировал положение следующим образом: «Стареющих европейцев выжимают инновационные американцы и эффективные азиаты». Главные виновники плохих результатов Европы хорошо известны – высокие налоги, слишком много ненужного регулирования, отсутствие ключевых рынков, очень высокие государственные расходы. Есть только одна причина, почему европейские правительства тратят так много, – чрезмерный уровень социальной защиты. Как отмечает Всемирный банк, «расходы правительств стран Западной Европы примерно на 10% ВВП больше, чем в США, Канаде и Японии. Разница в расходах на социальную защиту равна 9% ВВП». Для финансирования этих расходов надо собирать доходы. А поскольку эффективное налогообложение рынка капитала – трудная задача, Европа собирает заоблачные налоги с рынка труда. По всему континенту, но особенно в южной Европе, налоги и жёсткое регулирование рынка труда способствуют высокому уровню безработицы (11% работоспособного населения) и отталкивают европейцев от инвестиций в образование. Естественные последствия этого – слишком мало рабочих мест, слишком мало инвестиций в продвинутое образование, слишком мало инноваций и минимальный рост производительности. Наиболее разительной является европейская отсталость в сфере высоких технологий и инноваций. Практически по любым параметрам большинство стран Европы выглядят жалко. В числе 50 лучших университетов мира, согласно Шанхайскому рейтингу и рейтингу газеты Times, примерно 30 являются американскими, шесть или семь британскими и лишь несколько находятся в континентальной Европе. Полдюжины стран северной части Европы могут конкурировать с США в том, что касается расходов на научные исследования (R&D) и выданных патентов, но юг и восток Европы сильно отстают. Тем временем, Евросоюз пока так и не открыл свои рынки в сфере услуг и электронной торговли, за счёт которых процветает американская экономика, и это несмотря на то, что на долю сферы услуг приходится примерно 70% ВВП в большинстве стран ЕС. В 2006 году Европейская комиссия выпустила директиву о либерализации торговли услугами, но крупнейшие страны, в первую очередь, Германия, отказались её выполнять. Отсутствие рынков услуг и электронной торговли вредит развитию современной экономики в Европе. Не случайно американские гиганты, такие как Apple, Amazon и Google, правят в мире высоких технологий. Нет ничего неизлечимого в болезнях Европы, так же как нет ничего специфически европейского в чрезмерных социальных трансфертах. Серьёзные европейские правительства – от Ирландии до Польши – успешно справились с этой проблемой. Остальные страны ЕС должны не просто последовать этому примеру, им необходимо также уменьшить подоходный налог и налоги на фонд оплаты труда, а кроме того, либерализовать рынки труда. Фундаментальные экономические реформы обычно проводятся после серьёзных кризисов. Так было в Британии в конце 1970-х, в Швеции и Финляндии в начале 1990-х, в Восточной Европе после краха коммунизма в 1989 году. Евросоюз упустил шанс, предоставленный мировым финансовым кризисом 2008 года и последовавшим кризисом евро. Вместо того чтобы провести трудные изменения, которые сделали бы возможным уверенное восстановление экономики, политики Европы нагрузили её ещё большими расходами и долгами. Евросоюз продолжит шататься, пока не поймёт свои ошибки и не начнёт проводить реформы, в которых нуждается его экономика. Только вернув континент на уверенный путь экономического роста, лидеры Европы смогут справиться с внешними вызовами, возникшими перед ними. Copyright: Project Syndicate, 2015.