Ограничить зарплату высшего руководства 12 окладами самого низкооплачиваемого сотрудника компании предложили в Швейцарии. Несмотря на то что референдум отверг инициативу, европейскую идею уже обсуждают в США, где разница в 100 раз уже кажется справедливой. В России соотношение белых зарплат 1 к 20, комментируют эксперты. Необычный законопроект рассматривался в воскресенье в Швейцарии. Он известен как «инициатива 1:12» и предлагает ограничить разброс в зарплатах внутри одной компании так, чтобы руководители получали в месяц не больше 12 заплат самого низкооплачиваемого работника. Инициатива исходила от молодых представителей социалистов (на первом этапе она набрала необходимые 100 тыс. подписей), которые пытались таким образом бороться с «зарплатным беспределом». Авторы рассчитывали не только ограничить верхний уровень зарплат, но и подтянуть оплату нижней ступени. Противники критиковали инициативу за увеличение роли государства на рынке труда и грозили негативными последствиями для всей экономики. В конечном счете, прогнозировали они, ограничение размера зарплат приведет к сокращению налоговых поступлений в бюджет, что приведет к росту налоговых ставок, а это в свою очередь вызовет отток компаний в страны с более благоприятным налоговым климатом. Референдум показал, что большинство швейцарцев — 65,3% — против искусственного ограничения зарплат. Возможно, это объясняется тем, что в среднем расслоение зарплат в рамках предприятия и так не превышает 12 раз. Впрочем, по данным Института исследования промышленной и деловой конъюнктуры при Высшей технической школе Цюриха (их приводит портал Swissinfo), более чем в 12 раз зарплата отличается только в 1,5% швейцарских компаний. Как в Америке В США вдохновились «инициативой 1:12». «Это элегантное решение проблемы неравенства доходов, к которому мы в Соединенных Штатах должны присмотреться повнимательнее», — пишет обозреватель CNN Джон Саттер. Не то чтобы инициатива прошла бы в США, рассуждает Саттер, скорее как раз нет, но это бы удержало зарплаты высшего звена от полетов на заоблачные высоты. С 1978 по 2012 год зарплаты американских руководителей (CEO) выросли на 875%, до $14,1 млн, по данным Economic Policy Institute. «Это вдвое выше, чем рост фондового рынка за это время, и гораздо больше, чем скромный рост на 5,4% зарплаты обычного рабочего за тот же период», — пишет EPI. Агентство Bloomberg составило рейтинг разницы зарплат внутри компаний для крупнейших 250 организаций, входящих в индекс S&P 500. На первом месте сеть универмагов JC Penney Co, где соотношение 1795 к 1. CEO этой компании Рональд Джонсон получил в 2012 году $53,3 млн (зарплата и премии), средняя зарплата служащих — $30 тыс. за 2012 год. Далее производитель одежды Abercrombie & Fitch Co., чей генеральный директор Майк Джефферис получает в 1640 раз больше ($48,1 млн за 2012 год), чем средний сотрудник ($29 310). На третьем месте Simon Property Group Inc. — крупнейший в США владелец и оператор торговой недвижимости, где Дэвид Саймон получил $137,1 млн, то есть в 1590 раз больше, чем средний сотрудник ($86 033). Корпорация Oracle на четвертом месте: у Ларри Элисона $96,2 млн, в среднем у служащих $74 693 (разница в 1287 раз). Сеть кофеен и производитель кофе Starbucks занимает пятое место с соотношением 1135:1, у Говарда Шульца $28,9 млн, тогда как служащие в среднем получают $25 463. В США можно было бы ограничить зарплату топов 100 минимальными окладами, предлагает Саттер. Это, по его словам, не помешало бы им оставаться миллионерами: они получали бы $1,5 млн за год, если исходить из минимального размера оплаты труда, установленного на $7,25 в час, и 40-часовой рабочей недели. «Если жирные коты захотят повысить свои заработки, им придется влиять на политику повышения минимальной оплаты труда», — полагает Саттер. В России «По нашим данным, разрыв в зарплатах рядовых сотрудников банков и топ-менеджмента в 2013 году в среднем по стране составил около 18–20 раз, — рассказал «Газете.Ru» директор по исследованиям HeadHunter Глеб Лебедев. — При этом нужно отметить, что зарплата топ-менеджмента сильно зависит от финансовых показателей компании. Если дела идут в гору, то годовые бонусы могут составить 12, а то и более месячных зарплат. У рядовых же сотрудников тринадцатая зарплата + несколько процентов за особые успехи обычно максимум, на что они могут рассчитывать. В нефтегазовой сфере разрыв примерно такой же — 17–22 раза». Интересно, что разница в Москве и провинции примерно одинаковая. Так, в банковской сфере в Москве, по данным HH, средняя зарплата младшего персонала — 24 тыс. руб. в месяц, а у топов — 480 тыс. руб. (разница в 20 раз). Тогда как в Казани младший банковский персонал получает 13 тыс. руб., но и топы — 260 тыс. руб. (разница в те же 20 раз). В Екатеринбурге соотношение 16 тыс. руб. к 290 тыс. руб. (18 раз). В нефтегазовой сфере в Москве средняя зарплата младшего персонала — 29 тыс. руб., топов — 630 тыс. руб. (22 раза), в Казани — 21 тыс. и 350 тыс. руб. (17 раз), в Екатеринбурге — 18 тыс. и 370 тыс. руб. (18 раз). «Разброс будет примерно в 20-30 раз, в зависимости от уровня компании, — считает директор по персоналу RS Group, член НП «Эксперты Рынка Труда» Алексей Аверьянов, — если сравнивать между центральным офисом и региональными подразделениями. И если такая рекомендация, как в Швейцарии, будет принята у нас, то около 40% компаний будут пересматривать систему оплаты и вознаграждения и подводить ее под общие стандарты». Лебедев уточняет, что анализ HH велся на основе открытых данных, которые указываются в вакансиях. «Доходы топ-менеджеров первого уровня редко когда афишируются, поэтому разрыв может по отдельным позициям составить и 40–70 раз», — комментирует он.

http://www.gazeta.ru