Финансовые рынки встретили избрание нового крайнего левого правительства Греции предсказуемым образом. Но, хотя победа партии СИРИЗА привела к падению греческих акций и облигаций, у других проблемных стран на периферии еврозоны аналогичных признаков не так и много. Например, испанские десятилетние облигации все еще продаются ниже ставок Министерства финансов США. Вопрос в том, как долго будет длиться это относительное спокойствие. Предполагается, что новое огнедышащее правительство Греции не будет иметь большого выбора, кроме как придерживаться программы структурной реформы своего предшественника, возможно, в обмен на скромную релаксацию жесткой экономии бюджетных средств. Тем не менее, политические, социальные и экономические аспекты победы СИРИЗА являются слишком значительными, чтобы быть проигнорированными. В самом деле, невозможно полностью исключить тяжелый выход Греции из евро (“Grexit”), с гораздо меньшими контролями капитала, которые эффективно делают стоимость евро в Греции меньше, чем в другом месте. Некоторые политики еврозоны уверены, что выход Греции из зоны евро, тяжелый или легкий, больше не будет представлять угрозу другим периферийным странам. Возможно, они правы; опять же, еще в 2008 году американские политики думали, что крах одного инвестиционного дома Bear Stearns подготовил рынки к банкротству другого, Lehman Brothers. Мы знаем, что из этого получилось. Правда, были некоторые важные политические и институциональные достижения с начала 2010 года, когда кризис в Греции впервые начал разворачиваться. Однако, новый банковский союз несовершенен, и клятвы Европейского центрального банка – спасти евро, делая “все, что нужно” – имеют важное значение для поддержания валютного союза. Другим важным новшеством стало развитие Европейского Механизма Стабильности, который, как и Международный валютный фонд, в зависимости от ситуации, обладает возможностью оказать огромную финансовую помощь. И все же, несмотря на эти новые институциональные блокираторы, мировые финансовые риски греческой нестабильности остаются глубокими. Трудно себе представить, что новые дерзкие греческие лидеры недооценивают непримиримость Германии в вопросе облегчения бремени задолженности или пересмотра пакетов структурных реформ. Так же сложно себе представить еврократов, переоценивающих политическую динамику в Греции. В любом случае большая часть бремени урегулирования падет на Грецию. Любая расточительная страна, которая вдруг вынуждена жить в рамках своих возможностей, должна проделать огромную работу по урегулированию, даже если все ее последние долги будут прощены. Расточительство Греции был эпическим. В преддверии своего долгового кризиса в 2010 году первичный дефицит бюджета правительства (сумма, на которую государственные расходы на товары и услуги превышают доходы, за исключением процентных платежей по долгам) была эквивалентна нереальным 10% национального дохода. После того как разразился кризис и Греция потеряла доступ к новому частному кредитованию, “тройка” (МВФ, ЕЦБ и Еврокомиссия) обеспечила массовое, субсидированное долгосрочное финансирование. Но даже если долг Греции был бы полностью стерт, шаги от первичного дефицита в размере 10% от ВВП к сбалансированному бюджету требуют значительного затягивания поясов - и,следовательно, неизбежного спада. Немцы правы, когда утверждают, что жалобы на “жесткую экономию” должны быть направлены к предыдущим правительствам Греции. Невоздержанность этих правительств подняла греческое потребление намного выше устойчивого уровня – падение было неизбежным. Тем не менее Европа должна быть более щедрой, постоянно списывать долг и снижать краткосрочные потоки погашения, что более срочно. Первое необходимо, чтобы уменьшить долгосрочную неопределенность; второе важно для облегчения краткосрочного роста. Давайте посмотрим правде в глаза: сегодняшняя проблемная ситуация в Греции вряд ли продукт собственного производства. (Вряд ли причиной этого стала греческая молодежь, для которой обучение в университетах затягивается на несколько дополнительных лет только потому, что их преподаватели бастуют.) В первую очередь крайне безответственным было решение стран еврозоны позволить Греции перейти на единую валюту в 2002 году.Тогда Греция, из-за ее огромного долга и ее относительной экономической и политической отсталости, очень мало соответствовала множеству основных критериев конвергенции. Во-вторых, большая часть финансирования греческих долгов поступила из немецких и французских банков, которые получили огромную прибыль, благодаря посредническим кредитам собственных стран и Азии. Они слили эти деньги в хрупкое государство, финансовый авторитет которого в конечном счете опирался на финансовую помощь других членов евро. В-третьих, греческие партнеры по еврозоне держат в руках огромную дубинку, которая, как правило, отсутствует на переговорах о суверенном долге. Если Греция не примет условий, налагаемых на нее, чтобы сохранить свое членство в зоне единой валюты, то она рискует быть выброшенной из Европейского союза вообще. Даже после предоставления двух пакетов спасательных мер нереально ожидать, что греческие налогоплательщики начнут зарабатывать больше денег в ближайшее время – только не с имеющейся на данный момент безработицей в 25% (и выше 50% - среди молодежи). Германия и другие агрессивно настроенные северные европейские страны правы, настаивая на том, что Греция должна придерживаться своих обязательств по структурной реформе, чтобы в один прекрасный день могло произойти экономическое сближение с остальной частью еврозоны. Но они должны идти на более ощутимые уступки по погашению задолженности, перевес которой все еще создает для инвесторов значительную неопределенность в выборе линии поведения. Если уступки Греции создадут прецедент, то другие страны смогут использовать это в своих интересах. Так оно и будет: рано или поздно и другие периферийные страны попросят о помощи. Будем надеяться, что Греция не будет вынуждена покинуть еврозону, хотя временные опции, такие как введение контроля за движением капитала, могут в конечном итоге оказаться необходимыми для предотвращения финансового кризиса. Еврозона должна продолжать гнуть, но пр этом главное – не сломать. Copyright: Project Syndicate, 2015.