15
07 2020
847

Полная материальная ответственность сотрудника. Судебная практика

Наше издание начало публикацию серии статей по разъяснению трудового законодательства, в том числе относительно материальной ответственности работников.
 
 
Сегодня представляем нашим читателям несколько примеров разрешения конфликтов между сотрудниками и работодателями в судебной инстанции, поскольку в судах рассматривается немало споров, в которых администрация требует взыскать с работника ущерб, причиненный вследствие нарушения или ошибки, допущенной на работе.

 

Чаще всего договора о полной материальной ответственности заключаются с работниками, которые проводят операции с наличностью: продавцы, кассиры, работники складов, сотрудники ломбардов.

 

В одном из споров коммерческий банк обратился в суд с иском против кассира. Банк требовал от кассира возместить ущерб в размере 10 тыс. леев: сотрудница невнимательно провела расчет с клиентом, принимая денежные средства. В результате банк недосчитался крупной суммы. Кассир отказалась от возмещения материального ущерба и не признала иск.  За допущенную ошибку банк уволил кассира по п. к) ч. 1 ст. 86 Трудового кодекса (утрата доверия работодателя к работнику, непосредственно обслуживающему материальные ценности).

 

Судебные инстанции удовлетворили требования работодателя. В ходе рассмотрения дела было установлено, что при трудоустройстве кассир подписала с работодателем договор о полной материальной ответственности. Приказ об увольнении за утрату доверия кассир не обжаловала. С учетом того, что кассир провела ряд операций с нарушением правил, ее вину суд признал доказанной. 

 

Не только кассиры или продавцы рискуют ответить материально. Незнание правил, инструкций, норм ценообразования может привести к тому, что по вине работника предприятие оштрафуют государственные органы. Вероятно, что работодатель попытается компенсировать уплаченный штраф, взыскав деньги с виновного сотрудника, допустившего ошибку.

 

Сотрудники Государственной налоговой службы провели оперативную проверку работы игорного заведения, в ходе которой было установлено, что сотрудник заведения принимал ставки без использования контрольно-кассового оборудования, за что предприятие оштрафовано на 25 тыс. леев. Предприятие попыталось обжаловать решение ГНС, но проиграло все суды.

 

Работодатель решил, что штраф, наложенный инспекторами, обязан вернуть сотрудник, нарушивший налоговое законодательство и допустивший прием наличных денег без ККО. Работник отказался выплачивать ущерб и уволился. Работодатель обратился с иском в суд. Работодатель настаивал, что сотрудник выполнял должность оператора-кассира, а в трудовом договоре была предусмотрена полная материальная ответственность. Следовательно, работник обязан возместить ущерб в полном объеме. Однако ответчик утверждал, что его не принимали на работу кассиром, он не является материально ответственным сотрудником и не обязан выплатить ущерб.

 

Судебные инстанции разошлись во мнении относительно ответственности работника. Районный суд отказал работодателю в иске, Апелляционная палата удовлетворила иск и взыскала с работника полную сумму материального ущерба в размере 25 тыс. леев. Точку в этом споре поставила Высшая судебная палата.

 

ВСП изучила материалы дела и установила, что данные о должности работника в трудовом договоре и в договоре о материальной ответственности отличаются: по ИТД сотрудник принят на должность оператора игровых автоматов, а в соответствии с договором о полной материальной ответственности он выполнял работу оператора-кассира. В Перечне должностей и работ, с которыми работодатель может заключать договоры о полной материальной ответственности, имеется должность кассира. Должность оператора игровых автоматов в Перечне отсутствует.

 

ВСП приняла за основу ИТД постановила, что работник не может быть привлечен к полной материальной ответственности, поскольку не является кассиром. В то же время, работник виновен в нарушении (он принял наличные деньги без использования ККМ). Следовательно, он обязан возместить работодателю ущерб, но лишь в размере одной заработной платы (ст. 336 ТК). С учетом того, что заработная плата сотрудника по трудовому договору составляет всего 1500 леев, ВСП постановила взыскать с работника материальный ущерб в размере одной средней месячной заработной платы. Во взыскании полного материального ущерба в размере 25 тыс. леев работодателю отказано.

 

В другом споре работодатель (владелец сети заправок) подал иск против работника о возмещении материального ущерба. В суде директор заявил, что по недосмотру работника на заправке произошла кража оборудования (газовой помпы) стоимостью в $1400. Работник, с которым заключен договор о полной материальной ответственности, не отреагировал на кражу и не заметил исчезновение оборудования.

 

Суд отклонил иск о взыскании ущерба, обратив внимание сторон на то, что сотрудник работает продолжительное время. Следует учесть дату заключения договора о полной материальной ответственности и какие нормативные акты действовали в момент заключения договора.

 

Так, работник трудится на заправке с 2002 г. По трудовому договору он принят на работу в качестве сторожа. На момент подписания с работником договора о полной материальной ответственности в Молдове действовало Постановление Совета Министров №387 от 4 ноября 1977 г. «О порядке заключения письменных договоров о полной материальной ответственности рабочих и служащих за необеспечение сохранности ценностей, переданных им для хранения или для других целей», а Постановление Правительства №449 вступило в силу с 7 мая 2004 г.

 

Суд подчеркнул, что по нормам 1977 г., равно как и по номам 2004 г., должность сторожа не включена в Перечень должностей и работ, с которыми заключается договор о полной материальной ответственности. Суд признал договор о полной материальной ответственности недействительным и отклонил требование работодателя о взыскании материального ущерба. Последующие инстанции оставили в силе решение суда.

 

В другом споров предприятие обратилось в суд с иском против бывшего директора, который ранее уволился по собственному желанию. Директору передавались в пользование по акту материальные ценности, среди которых компьютеры, смартфоны и служебный автомобиль. Передачу имущества стороны закрепили актом приема-передачи.

 

Отношения с персоналом у директора не сложились и он уволился, подав заявление об отставке. Материальные ценности уходящий директор передал новому исполнительному директору по акту. Бывший работодатель обвинил ушедшего директора в повреждении служебного автомобиля и потребовал возместить стоимость ремонта. Ответчик отказался выплачивать причиненный ущерб и работодатель обратился с иском в суд.

 

В качестве обоснования своих требований бывший работодатель предоставил суду договор о полной материальной ответственности. Директор отказался признать иск и выплачивать ремонт автомобиля, пояснив суду, что на момент принятия автомобиля в пользование машина имела большой пробег (более 150 тыс. км.). 

 

Заслушав стороны, районный суд отклонил иск работодателя. Суд пояснил, что стороны подписали договор о полной материальной ответственности, который не соответствует установленной типовой форме и не нашел оснований для материальной ответственности директора по нормам трудового законодательства.

 

Положения ТК действительно требуют личной подписи работников на многих документах (к примеру, при ознакомлении с приказом об увольнении), ограничивает отношения сторон определенными рамками и требует подписания типовых документов (договора о полной материальной и коллективной ответственности). Как показывает практика – это правильно. Рискнем высказать непопулярное мнение – либерализировать нормы ТК рано, поскольку уровень правовой культуры оставляет желать лучшего.

 

Чем более детальной и четкой будет регламентация отношений, тем лучше для всех участников. Строгие правила, такие как наличие согласий, письменных уведомлений, подписей сторон, которые на первый взгляд кажутся излишней формальностью, дают возможность сбалансировать интересы работодателей и работников.

0 comentarii

Doar utilizatorii înregistraţi şi autorizați au dreptul de a posta comentarii.