Сегодня в США ключевая проблема, ставшая причиной ноябрьской победы Дональда Трампа на президентских выборах, заключается в следующем: слишком многие американцы чувствуют беспомощность и неуверенность из-за трудовой поляризации, вызванной глобализацией и новыми технологиями. Люди с качественным образованием, которые находятся на вершине пирамиды распределения доходов, живут лучше, чем когда-либо, а люди, имеющие только среднее образование, испытывают спад доходов и жизненных стандартов, а также сужение перспектив для себя и детей. Средний класс разваливается. Трамп победил главным образом потому, что сумел убедить избирателей в Пенсильвании, Мичигане, Висконсине и других штатах в том, что его политика принесёт больше пользы тем районам, где промышленность находится в упадке. В реальности же следует ожидать, что его администрация, поддерживаемая республиканским большинством в обеих палатах американского Конгресса, лишь ухудшит положение американцев, которые переживают трудности. Фундаментальной проблемой являются новые технологии, а именно информационные технологии, и то, как они меняют саму природу труда. Как показано в работе Дэвида Отора и Дэвида Дорна, многие рабочие места, требующие средней квалификации, приносящие средние доходы и принадлежащие среднему класса, исчезли. А новые рабочие места, которые создаются, являются хорошо оплачиваемыми для высокообразованных людей и плохо оплачиваемыми для тех, у кого только среднее образование. Основной симптом (но только симптом) – исчезновение хорошо оплачиваемых рабочих мест на фабриках. С 2004 по 2014 годы количество занятых в промышленности сократилось на два с лишним миллиона человек, сейчас на долю промышленного производства приходится лишь чуть более 8% от общей занятости. Длительный спад, начавшийся в 1950-х годах, продолжается. Эта вызванная технологическими изменениями тенденция усугубляется последствиями снижения транспортных и коммуникационных издержек, благодаря чему стало дешевле перемещать товары на дальние расстояния. Расширение сети современных поставщиков упростило вывод промышленного производства за рубеж, в страны с низкими зарплатами. Для многих американских компаний подобные решения стали важной частью бизнес-стратегии, а в результате, упадок американской промышленности идёт рука об руку с упадком профсоюзного движения. Когда люди теряют защищённое профсоюзом рабочее место со сравнительно высокой зарплатой и хорошим соцпакетом, на новой работе их, как правило, ждёт пониженная зарплата и отсутствие прежних социальных льгот. Финансовый кризис 2008 года усугубил неравенство в уровне доходов и чувство экономической неуверенности, в том числе из-за ускорившегося сокращения рабочих мест в промышленности. Рассуждения о том, что это было необходимо и даже «оптимально», призванные убедить государство оказать финансовую поддержку банкам и их топ-менеджеров, неубедительны (по крайней мере, за пределами Уолл-стрит). Да, состояние богатых американцев резко сократилось, когда рухнули цены на активы. Но после этого они выиграли, благодаря уверенному восстановлению цен на акции и недвижимость в дорогом сегменте. В подобных обстоятельствах, когда многие люди стали чувствовать неуверенность в своих экономических перспективах, стремление администрации президента Барака Обамы заключить соглашение о Транс-Тихоокеанском партнёрстве (ТТП) было нетактичным, в лучшем случае. Администрация уверяла, что ТТП поможет создать хорошие рабочие места, а люди, которые потеряют работу из-за этого соглашения, смогут получить «компенсацию». Однако подобные компенсации всегда оказываются минимальными, их обычно воспринимают как нечто несущественное. Именно поэтому Трампу удалось заручиться значительным большинством во многих бастионах рабочего класса, где раньше поддерживали Обаму. К сожалению, для этих избирателей жизнь ухудшится. Контролируя президентское кресло и Конгресс, республиканцы, по-видимому, займутся тремя главными экономическими задачами. Снижение личных и корпоративных налогов поможет в первую очередь богатым американцам. Отмена принятой по решению Обамы реформы здравоохранения станет жёстким ударом по многим людям с низкими доходами, поскольку они потеряют доступную медицинскую страховку. А финансовое дерегулирование в наибольшей степени окажется благоприятным для крупных глобальных банков, стимулируя безответственное отношение к рискам и создавая предпосылки для ещё одного крупномасштабного кризиса. Плюс ко всему, конфронтация во внешней торговле, которую предлагает Трамп, может ухудшить ситуацию с занятостью. При этом последствия любых эффективных мер по стимулированию экономики, вероятно, окажутся очень скромными. Перегрев экономики, который ведёт к росту инфляции и процентных ставок, обычно не приносит пользы людям с низкими доходами (вспомните 1970-е годы). Основным содержательным обещанием Трампа было восстановление рабочих мест среднего класса, прежде всего, в промышленности. Но в его программе, как и в программе республиканцев в целом, не будет пунктов, касающихся базовой причины происходящего – технологических перемен. Между тем, следующая технологическая волна, например, появление автомобилей без водителей, окажет серьёзное отрицательное влияние на доходы и на жизненные перспективы всех, кто сейчас занят автомобильной доставкой товаров или транспортировкой пассажиров. При этом быстрый прогресс искусственного разума и роботизации означает, что, даже если промышленное производство в США стабилизируется или начнёт расти, оно даже близко не будет нуждаться в таком количестве рабочих со средней квалификацией, как это было в прошлом. Автоматизация будет сокращать число хорошо оплачиваемых (пока что) рабочих мест и в секторе услуг. Учитывая ту роль, которую технологии играют в вытеснении работников, протекционизм (разрыв торговых соглашений и введение тарифов на китайские и мексиканские товары) не поможет вернуть высокооплачиваемые рабочие места в промышленности, а «плана Б» у Трампа нет. Это значит, что поляризация Америки, которая привела Трампа к власти, станет лишь ещё более жёсткой. Copyright: Project Syndicate, 2016.